Архив рубрики: Аналитика

Стомахин в тюрьме потому, что он действительно опасен для агонизируещей империи…

DSC03879

10 июля 2017 г, в Киеве, возле здания бандпритона кремлёвско—лубянских террористов, под наименованием «посольство рф» состоялась очередная акция в поддержку узника совести, публициста Бориса Стомахина, который брошен в застенки путинского ФСИН ГУЛАГа и отбывает тюремный срок за выражение своих убеждений через публикации в сети Интернет.

В настоящее время палачи концлагеря «ИК 10» Пермского края, в оккупированном московией Идель Урале, исполняя заказ своих лубянских кураторов, направили очередное, пятое по счету, «представление», в оккупационные «судебные» структуры, о замене политзэку «режима содержания» с концлагерного на тюремный, что предусматривает ужесточение наказания и перевод в пыточные условия нахождения, поскольку согласно мониторингу правозащитных организаций по «учреждениям» российского ФСИН ГУЛАГа, во всех «крытых» тюрьмах этой палаческой структуры, по отношению к заключенным применяются изощренные издевательства, физическое и психологическое насилие, процветают внесудебные казни «непокорных» и опасных для режима чекистов людей.

Поводом для отправки Бориса Стомахина в «крытку», палачи концлагеря «ИК 10» используют сфабрикованные «постановления» о «нарушениях» так называемого «внутреннего распорядка», о чем неоднократно заявляли посещающие политзэка в концлагере правозащитники и адвокаты,

Организаторы акции возле фсб-шного бандпритона, члены киевского отделения Комитета защиты Стомахина, отмечали, что, в отличии от других псевдо-оппозиционеров путинской россии, Стомахин действительно опасен для режима чекистов в агонизирующей империи, поскольку своим словом способен разбудить сознание имперского быдлонаселения, что по нормам чекистов, является одним из самых опасных «преступлений» и угрозой для кремлевско-лубянской террористической группировки.

В заключительном этапе проведения акции, её участники сожгли символ имперского гнета и насилия, под наименованием «госфлаг российской федерации», предварительно постояв на нем ногами,

Сожжение «флага» так же предусматривает пожелание скорейшего конца ненавистной русисткой имерии зла.

Сергей Крюков, независимый публицист, политбеженец. Украина.

 

19885948_681118215432857_1836992523_o

19875903_681118185432860_1759491288_o

DSC03907

 

19876077_681118225432856_637141828_o

 

 

 

 

 

Неломающийся политузник

37026_original

Несмотря на изощрённые старания и пыточные условия содержания в российском концлагере, палачам путинского ГУЛАГа не удается сломать сопротивление узника совести Бориса Стомахина. На свидании в концлагере ИК-10 УФСИН-ГУЛАГ по Пермскому краю, у политзэка побывали правозащитники Вера Лаврешина и Феликс Шведовский. Немного ранее,  Стомахина в концлагере посетили корреспонденты связанного с российскими спецслужбами информагентства «Радио Свобода», в чью задачу входило создание оправдывающего путинских вертухаев информационного материала о пребывании политзаключенного в пермском концлагере и пыток над ним.

Своими впечатлениями от поездки делится Вера Лаврешина 

images

Пермский край, куда мы приехали поездом из весенней уже Москвы, встречает нас по-зимнему холодно и сумрачно: заснеженным лесом, снегом с дождем, заледенелыми разухабистыми дорогами. Вверх-вниз, с подскоками, несемся мы на автомобиле по змеящейся, холмистой поверхности Чусовского района, мимо красноватых на изломе гор. Красивый пейзаж невольно возвращает нас в детство благодаря ассоциативной памяти — в сказы Бажова про малахитовую шкатулку и Хозяйку Медной горы. Однако наш путь лежит в лагерь строгого режима, и на сердце поэтому тревожно — никакие природные красоты не умягчают душу. Мы едем навестить политзека Бориса Стомахина, который буквально две недели назад объявлял голодовку в связи с невыносимыми, издевательскими условиями содержания в этой колонии.

Зная решительный и неуступчивый характер Бориса, мы с Феликсом Шведовским, спеша на очередную — раз в полгода — встречу с осужденным за «оправдание терроризма» узником, опасаемся, как бы он не возобновил отказ от еды. Он вообще недавно составив своего рода завещание по поводу непрерывного «прессования» его администрацией колонии и заявил в нем, что в случае его самоубийства просит винить в его смерти начальника ИК-10 Асламова.

В связи с голодовкой Стомахина прокурор к нему все-таки приезжал. Политзек рассказал ему об очевидной запрограммированности посадок его в ШИЗО. С интервалом примерно в месяц (после последнего, третьего приговора — это регулярно) его отправляют в карцер, всякий раз находя для этого какой-нибудь дурацкий повод. Например, сидя в одиночной камере, он, видите ли, не доложил как дежурный о количестве в ней заключенных. Казалось бы, куда уж ужесточать условия, если и так присудили самое жесткое — ЕПКТ (единое помещение камерного типа). Это означает, что свиданий полагается только два в году, через стекло, и передачки тоже всего две. Сидит он один в крохотной камере, где ложиться можно лишь с 9 вечера до 5 утра, когда отстегивают от стены нары и дают на ночь матрас. В другое время прилечь хотя бы на стол, чтобы удобнее было найти пульс и посчитать удары (у Бориса с детства серьезная тахикардия, а голодовка усилила приступы) категорически воспрещается. По этому поводу отдельный скандал вышел. Политзека застали в горизонтальном положении на столе за прощупыванием пульса. И обвинили в том, что он «спит днем», а это в колонии считается ужасным нарушением. Как бы человек ни задыхался, это никого не волнует (а у Бориса, напомним, еще и перелом ноги и позвоночника, помимо проблем с сердцем). То, что глаза у узника были во время «сна» открыты, как довод в пользу бодрствования никого не впечатлил. Был объявлен выговор.

Мы с Феликсом Шведовским прибываем в ИК-10, заходим в каптерку для посетителей. Сразу напарываемся на «сюрприз»: на стене, на стенде, висит скромное, но по сути очень наглое объявление о том, что «по техническим причинам комната для свиданий не работает». Выходит, у нас только примут передачку, и на этом все, можно ехать назад. Когда пришедший за документами охранник именно эту перспективу для нас и подтвердил, мы резко возмутились. Собрались идти к начальнику колонии Илье Асламову. Шутка ли: свидание полагается раз в полгода, в каком сейчас Борис состоянии после голодовки — неизвестно, и мы заявили, что не уедем, не повидав его. Охранник все это выслушал, к начальнику сходил сам и быстро все уладил. Свидание со Стомахиным состоялось, хотя и были определенные неудобства: телефонная связь отсутствовала. Из-за этого нужно было перекрикиваться через стекло и показывать друг другу пантомиму для большей ясности диалога.

Любопытно, что телефонная связь здесь уже две недели как нарушена и никто даже не думает ее чинить: просто повесили бумажку про «неработающую» комнату для свиданий. Люди приезжают издалека повидать своих сидельцев, а им тычут в глаза это хамоватое объявление. И народ — ничего, не ропщет. Спокоен. Не знаю, как сложилось со свиданиями через стекло у остальных, очевидно одно: без определенного нажима ничего от здешней администрации не добиться.

Борис, увидев нас с Феликсом по другую сторону стекла, долго веселится и удивляется: ведь он шел сюда с полной уверенностью, что ведут его на «крестины» к руководству заведения. Так называется здесь специальная комиссия, присуждающая кары от администрации за плохое поведение. Стомахин рассказывает:

— Слышу: с утра активность какая-то в коридоре. Она тут, впрочем, в 9:30 всегда происходит, но на этот раз как-то особенно бурно. Открывается дверь в камеру, на пороге дежурный: «Стомахин, одевайтесь». Я робу надел. «Где нагрудный знак?» — спрашивает. Это такая бирка, где указано имя зека, фото, дата рождения, статья, срок. Я ему в ответ: «В «строгих условиях», пока я здесь, робу с биркой носить не стану. Только после их отмены, в бараке, может быть». Дежурный: «Объяснительную будете писать?» Так обычно спрашивают при подаче рапорта о нарушении, за которым следует наказание. Я понял, что мне надо готовиться к очередным 15 суткам в ШИЗО. Это печально, я только что голодовку закончил, и вот опять начинать. Так что шел я с полной уверенностью, что сейчас будут мне «крестины» с карцером — из-за бирки. А попал сюда, на свидание, к вам! Прямо как у Грибоедова: «Шел в комнату, попал в другую»…

Надо отдать должное Борису: сломить его начальникам ИК никак не удается. Как бы они ни усердствовали в этом, а у них явно поставлена такая цель. В очередной раз мы убеждаемся, что в самых тяжелых условиях и обстоятельствах Стомахин, отчаянно сопротивляясь произволу махровых тоталитаристов-силовиков советской закалки, все время бросает им ответный вызов. И неизменно одерживает моральную победу. За счет своего здоровья, увы. Вся совокупность мытарств — в виде ужесточения ЕПКТ регулярными 15 сутками в карцере, где тебе ни еды человеческой, ни ларька, ни книг, ни журналов — ничего, — переносится Стомахиным очень достойно. Причем врача дозваться в этих условиях (одно время очень болел зуб, требовалась хотя бы обезболивающая таблетка) не так-то просто. Нужно, чтобы раздатчик каши, у которого забот и так хватает, не забыл передать вызов медику. Медик на вторые, а то и на третьи сутки явится приблизительно к обеду узнать, в чем дело. Да и врач здесь такой «человеколюбец», что хоть святых вон выноси. Стомахин делится с нами впечатлениями:

— Как-то раз утром заглядывает ко мне врач. «Почему, — возмущается он, — нары не пристегнуты?» Редкий случай, когда нары не сразу после 5 утра к стенке подняли. Нет бы порадоваться, что у человека со сломанным позвоночником есть подобие кровати в пыточных условиях. Не-е-е-ет. Оставь надежду, всяк сюда входящий, как говорится. Эскулап также проявляет служебное рвение лишить меня последней малости…

Тенденция управленцев ИК-10 все время ухудшать и ужесточать и без того ужасные условия, в которых находится Борис Стомахин, наводит политзека на печальные мысли и предположения. 18 мая исполняется ровно полсрока, ему присужденного. Еще три с половиной года досидеть останется. Он узнал, что в таких примерно, как у него, случаях (после года ЕПКТ) могут вывозить заключенных отбывать последние несколько лет в Красноярск, например. Чтобы уж всем чертям тошно стало и мало не показалось.

Они много чего могут с любым сделать, если захотят. Совершенно безнаказанно. И все-таки Стомахин, несмотря на довольно пессимистичный взгляд на будущее России, отмечает, что создание невероятного количества силовых структур для борьбы с мифическими врагами как вовне РФ, так и внутри нее (всех недавно потрясло известие о создании «нацлидером» личной «нацгвардии», готовой стрелять в любого из нас на поражение без предупреждения), может ускорить, а отнюдь не отдалить момент распада страны, которого так боится Путин со своими богатырями. Эта забота гэбистской орды работать на опережение, для чего-то бежать, вооружась до зубов, впереди своего бронированного паровоза, как раз провоцирует распад еще сохранившихся связей в бывшей империи. Демонстрируются зашкаливающая неадекватность и испуг кремлевских бесов. Национальная гвардия сама по себе — штука хорошая, когда она, скажем, как в Швейцарии, США, Украине или Грузии, существует для блага мирного населения и стоит на страже его национальных интересов, а не усиливает режим диктатора, заранее наставляющего пушки на граждан, у которых «законодательно» то и дело отбирают последние оставшиеся права и деньги. Как бы здесь создание смертоубийственных военизированных структур не отрикошетило в их создателей…

Ведь скоро они станут брать под прицел всякого, у кого замечено недовольное выражение лица. А с этой задачей им явно не справиться.

На обратном пути в Москву, в поезде, мы читаем про Стомахина статью на сайте радио «Свобода». Видим, что голодовка политзека все-таки привлекла внимание журналистов к его невероятно тяжелой, трагической судьбе. Публикаций о нем на протяжении долгих лет его заточения было удивительно мало. Хотя вопиющий факт, что его личный ЖЖ-блог в сети приравняли к СМИ и сурово осудили человека — трижды — не за поступки, а за выражение особого мнения, трактуя это мнение как якобы призывы к экстремистской либо террористической деятельности (или оправдание такой деятельности). Поскольку мы с вами, отмалчиваясь, не вмешиваясь, годами позволяли властям карать таких, как Стомахин, за СЛОВА в блоге, теперь мы пожинаем плоды в виде отлаженного конвейера по фабрикации похожих дел. Дела Екатерины Вологжениновой и Андрея Бубеева — наиболее известные, нашумевшие из них. На самом деле только в Тверской области, откуда Бубеев родом, за перепосты были заведены на граждан в 2015 году десятки похожих дел. Пока поплатился свободой только один блогер из множества, но кто знает, сколько будет посажено через год, через два… Андрей Бубеев был обвинен, в частности, и за перепост статьи Бориса Стомахина о том, что Крым — это Украина.

Мне кажется, что все больше людей сейчас начинает искренне сочувствовать Борису Стомахину. Я это наблюдаю, во всяком случае, среди своих знакомых. Со временем к гражданам приходит понимание, что, возможно, в чем-то избыточная, резкая, для наших умеренных широт чересчур агрессивная риторика радикального публициста — это яркий литературный прием, способ автора привлечь внимание к нерешаемым проблемам, выражение его страдания из-за невозможности изменить эту дикую реальность. Не надо понимать его тексты слишком буквально, вот что хочется посоветовать читателям. Ведь когда мы говорим кому-то из знакомых, даже собственным детям: «Я сейчас оторву тебе голову», — никто в полицию на нас за это не доносит.

Или следует уточнить: ПОКА еще никто не доносит? Завтра, возможно, за любую гиперболу с метафорой — пойдут и донесут…

Свободу политзаключенным. Смерть фашистской империи Путина.
Слава Україні. Героям слава. Луб’янка буде зруйнована. Путін буде страчений.

Вера Лаврешина.   Грани 

Не сдаваться Лубянке

C2X7QT_Z_400x400

Первый раз в этом году мы вышли на Лубянку 7 марта — с флагом Украины, к дверям ФСБ — за освобождение Надежды Савченко, находящейся на сухой голодовке. Исполнили гимн Украины, продемонстрировали плакат «Надя, живи» и были стремительно и жестко зачищены полицией после нескольких минут мирного пикетирования. В особенности досталось Михаилу Удимову и Александру Макарову, оказавшим демонстративное и оправданное неповиновение представителям нелегитимной власти в форме полиции, напавшим на людей во время мирного пикета. Эти мерзавцы избивали, скручивали, волокли их с применением болевых приемов, но, к счастью, ни ребер, ни рук не сломали.

От себя замечу, что, если в условиях нарастающего тоталитаризма люди не оказывают сопротивления, то тупая и жестокая государственная машина их всех размажет в конце концов. Люди, чтобы оставаться людьми, обязаны сопротивляться злобному диктату. Это ведь записано и в Декларации прав человека. Человек обязан восстать против тирании, в том числе и с оружием в руках, если он не раб. Мы давно уже и сами поняли, что «рабів до раю не пускають».

Оставленному в Мещанском ОП до «суда» Александру Макарову мы тогда вызвали скорую для осмотра его посиневшей и опухшей руки. Надеялись, что, возможно, врачи повезут его в больницу, чтобы сделать рентген. Но Макаров пошел в полный «отказ»: не только себя не называл и ничего не подписывал, но и медицинскую помощь гордо отверг. Через день в Мещанском «суде» Александр, находясь под неусыпным конвоем с утра и почти до полуночи (хотя допустимый срок его задержания по правилам истек уже в 19 часов), сочинил множество ходатайств о переносе рассмотрения своего дела, в связи с чем «судья» Татьяна Шанина то и дело бегала «совещаться» в специальную комнату. Ближе к полуночи он добился чудесного результата — штрафа в тысячу рублей за неповиновение полиции. И вышел на волю. Просто подарок по теперешним временам. Система не может вынести оправдательный вердикт, у нее всегда будет виноват активный гражданин. Штрафы за пикеты сейчас раздаются — налево и направо — в 10, в 20, а то и в 200 тысяч рублей. У нас, вышедших на пикет 7 марта, к сожалению, практически все варианты штрафов в наборе уже есть. В какой-то момент власти могут возбудить и уголовку — по новым репрессивным «законам».

Продолжая объявленную серию пикетов на Лубянке возле здания ФСБ — в поддержку украинских узников Кремля, а также за международный суд над военным преступником Путиным, — мы вышли 10 марта на то же самое место с Лизой Никитиной. В руках у нас был флаг Украины, сохранившийся после похода 7 марта, а также плакат: «Свободу Савченко, Сенцову и Кольченко». Мы проскандировали всё, что на душе накипело по теме агрессии РФ против Украины: «Крим — це Україна», «Донбас — це Україна», «Русня, убирай танки», «Свободу Чийгозу, Асанову, Дегерменджи», «Путин — палач», «Путин будет казнен».

Если кто-то скажет, что военный преступник Путин не заслуживает смертной казни, тот, я уверена, кривит душой и сознательно оправдывает тирана. Другое дело, что у нас мораторий на смертную казнь. И мы в данном случае просто выражали свое личное мнение по поводу деяний самопровозглашенного «нацлидера», давая им должную, как мы считаем, оценку. Не более того. Каков будет приговор этому конкретному военному преступнику, решит со временем Международный трибунал. И когда мы с вами станем жителями не воинственной Русни с танками и «Буками» для ближайших соседей, а демократической России — с парламентом, с независимой прессой и нормальными судами, — то никакой смертной казни в ней, естественно, не будет.

Нас с Лизой доставили 10 марта все в то же Мещанское ОП. Меня после лубянских пикетов уже третий раз подряд сюда возят, так что сохранить инкогнито не представлялось возможным. Да, откровенно говоря, на этот раз я уже приготовилась ехать в спецприемник. Однако они составили на меня протокол по 20.2, ч.5 (мы с Лизой отказались им что-либо подписывать, и они сами заполнили на нас бумаги при участии понятых) и заявили мне, что я свободна, а вот Лизу они оставляют на ночь до «суда». Я отказалась уходить, и меня вытолкали из отделения силой.

Лиза провела следующий день под конвоем в Мещанском «суде» часов с 11 утра и до семи вечера, хотя «суд» работает до шести, прежде чем был вынесен приговор — штраф 20 000. Это при том, что на нее в полицай-участке был составлен протокол по статье 20.2.5 (как и мне), по которому дольше трех часов никого удерживать нельзя. Плевали они на свои же законы! Ее заставили сначала ночевать в КАЗе, а потом не отпускали до позднего вечера из «суда». Когда Никитина попыталась покинуть «суд», указав на незаконность ее удерживания, конвой пригрозил, что сейчас ей будет оформлено неповиновение и она получит за это сутки в спецприемнике.

Откровенно бандитский стиль поведения силовиков уже никого не удивляет, воспринимается как установившийся обычай. Избиения, угрозы, шантаж по отношению к задержанным гражданам — это наша норма жизни. Если бы не вмешательство правозащитников из аппарата Эллы Памфиловой (по запросу адвоката Олега Безниско), то неизвестно еще, куда бы поехала Лиза — домой или в спецприемник. Скорее, второе. Адвокат Никитиной, несомненно, подаст апелляцию в связи с шокирующим произволом — как полицейским, так и судебным — с момента нашего задержания, проходившего с неоправданной, бессмысленной жестокостью. В связи с фактическим похищением и насильственным удержанием девушки в течение суток какими-то людьми в полицейской форме.

К сказанному хочется добавить, что пикеты наши, несмотря ни на что, продолжатся. На эту жутковатую площадь, где стояла фигура Железного Феликса, мы уже выходили пять раз, в частности в поддержку Надежды Савченко прошлой зимой, а также весной отбывали наказание в спецприемнике. Один раз мы перекрывали Лубянский проезд (с последующим выходом на площадь перед ФСБ), требуя свободы радикальному публицисту Борису Стомахину. Он, к слову сказать, с 29 февраля держит сухую голодовку в колонии строгого режима ИК-10 в Пермском крае (в связи с невыносимым произволом руководства колонии), и члены Международного комитета защиты Стомахина в связи с этим известием просто в ужасе, ведь по телефону канцелярия колонии ничего не комментирует, ответов никому не дает. ОНИ НЕ ОБЯЗАНЫ ОТЧИТЫВАТЬСЯ ПЕРЕД НАМИ! Только в понедельник, 14 марта, в ИК-10 приедет защитник Бориса Глеб Эделев и на месте сможет разузнать о происходящем в стенах этого заведения.

Мы, группа московских гражданских активистов, призываем всех нормальных людей, которые хотели бы жить в стране без произвола и насилия в качестве нормы, присоединяться к нам, к нашим пикетам. Не надо бояться выходить на Лубянку, не надо ждать, пока Лубянка наступит кирзовым сапогом на горло каждому из нас. Надо учиться сопротивляться, чтобы победить.

Свободу политзаключенным! Слава Україні! Героям слава!
Смерть фашистской империи Путина.
Лубянка будет разрушена.
ПБК.

Вера Лаврешина.

Источник: Грани ру

Я их люто, бешено ненавижу

B84EA828-9B3D-49B4-AA10-BA7AC50FB6AE_w640_r1_s_cx0_cy5_cw0

«Миша – один из величайших математиков в мире, но занимается он такими сложными проблемами, что понять его могут только десять человек» – так отзывается о Михаиле Вербицком один из его коллег.

Вербицкий окончил аспирантуру Гарвардского университета, был сотрудником Института теоретической и экспериментальной физики, работал в университетах Глазго и Токио. В Москве преподавал математику в Независимом московском университете и НИУ ВШЭ. Но широкую известность Михаилу Вербицкому принесло не изучение «Когомологий компактных гиперкэлеровых многообразий», а деятельность в Интернете. Он был одним из пионеров Рунета, в 1999 году основал «антикультурологический» журнал «:Ленин:» и вел один из самых популярных блогов на заре существования ЖЖ. Принципиальный противник любой цензуры и копирайта, Михаил Вербицкий покинул ЖЖ и основал альтернативный сервис LJR, именуемый по его нику «тифаретником».

Интервью с Михаилом Вербицким было записано в то время, когда Рунет обсуждал скандальные высказывания Германа Клименко, советника Владимира Путина по вопросам развития Интернета, объявившего, что российские сайты выиграют при «закрытии виртуальных границ». Еще недавно Михаил Вербицкий считал, что тотальную цензуру в Интернете по китайскому образцу Кремлю ввести не удастся, теперь же он уверен, что дело идет именно к этому.

– Помню времена, когда русскоязычный Интернет был крошечным и просматривался со всех сторон. В конце 90-х возникли первые форумы, электронные библиотеки, «Русский журнал«. Все это выглядело довольно жалко, но не было сомнений, что началась революция, которая поменяет совершенно всё. Как вы тогда представляли себе победу этой революции?

– Мне казалось, что население организуется в такой фрактальный ковер из мелких групп, живущих каждая в своей альтернативной реальности, том, что на молодежном сленге сейчас называется «манямирок». Потому что тогда такие информационные структуры появлялись в огромном числе и вовлекали в свой круг большинство юзеров. Казалось, что такая социальная шизофрения (а адепты разных версий реальности относились друг к другу как к шизофреникам) есть нечто невероятно новое и интересное. Вот предсказание того времени (1999), со старательно впиханной туда цитатой из Романа Неумоева.

Самый эффективный механизм точечной шизофренизации масс принадлежит путинской России

«Я не верю, что будет новый мировой порядок. Человеческая душа несет неисчерпаемые запасы хаотической, феральной энергии, безумия веселого и страшного. Чем дальше, тем больше – онтологическая карта цивилизации прорастает, как черными цветами, несовместимыми, безумными верованиями, неосуществимыми желаниями, безнадежными стремлениями. Структура общества не выдерживает избытка информации, негэнтропии, и дробится на тысячи субкультур. В каждом вшивом маленьком народике появляются свои фашисты. А это значит, война. В каждом вшивом маленьком городке – свои банды скинхедов и металлистов. А это значит, война. В каждом вшивом маленьком государстве – свои красные бригады. А это значит, война. А в доме престарелых бунтуют старушки. Это война. Пусть будет война».

Сейчас, кстати, этот процесс идет вовсю, но целиком коммерциализовался, наблюдать за ним захватывающе интересно, но ощущения гаденькие.

– В те годы невозможно было вообразить, что через 20 лет мы увидим такое торжество Партии Телевизора и живущих в нем динозавров. Жириновский, Зюганов, Кобзон, офицеры КГБ, советские юмористы и романисты в 2016 году живы, говорливы, вездесущи и влиятельны. Интернет есть в телефоне у каждой школьницы, но сообщение о том, что губернатор N – вор и убийца, которое прочитают 5 миллионов человек, не способно отправить этого губернатора в тюрьму или хотя бы в отставку. Не могу представить, что в России случится какая-нибудь «твиттер-революция». Почему победоносный Интернет оказался беспомощным? Он вроде бы изменил всё, но никак не повлиял на мента с дубинкой, который как стоял, так и стоит на каждом перекрестке.

– В основном, я думаю, из-за того, что наши органы лучше прочих освоили технологию создания виртуальных альтернативных миров. Кстати, вообще эту технологию используют в основном люди с архаичным сознанием. Например, на Западе самые эффектные и хорошо выделанные манямирки делаются ультраправыми. Немного наблюдал, как во Франции создавалось движение против гей-браков, которое выводило на улицу демонстрации с миллионами протестующих. Картина мира, в котором обитают его адепты, потрясающе несовместима с конвенциональной реальностью. Еще образчик – Tea party movement и его информационные структуры.

Другой аналогичный процесс деятельность ИГИЛ в Интернете. Но самый эффективный механизм точечной шизофренизации масс принадлежит путинской России. На самом деле, соотечественники, которые много времени проводят в Интернете, по большей части гораздо радикальнее в своей поддержке Путина и созданной органами версии реальности.

Другая причина в том, что эта путинская пропаганда совершенно идентична той стихийной «национальной идее», которую в 1990-е пытались эмпирически найти Дугин и Проханов.

Есть довольно разумная теория, которая утверждает, что интеллект и когнитивные способности появились у человека для того, чтобы давать рационально-звучащее объяснение бредовым и иррациональным идеям, которые диктуются особенностями физиологии и биохимии мозга. То есть основная активность мысли направлена на поиски подтверждений тому, во что хочется верить. Именно это имеет место, похоже, в Интернете: граждане, которым хочется видеть реальность такой, какой она была на страницах газеты «Завтра» в 1990-е (а это 88% населения России), имеют сейчас массу ресурсов, позволяющих убедиться в своей правоте.

В Москве очень стрёмно, и с каждым годом все страшнее, так что необходимо как минимум иметь пути отхода

Есть чудесная книга Republican Brain, посвященная нейрологическим отличиям американских либералов и консерваторов. Там приводится статистика среди зрителей Fox News по корреляции популярных бредовых убеждений («Обама подделал сертификат о рождении») и высокого IQ и образования; эта корреляция весьма высокая. Объясняется это весьма просто: умный человек использует свой ум не для того, чтобы разоблачить бредятину, а для того, чтобы искать в Интернете подтверждения своим бредовым идеям.

Кстати, определение «бредовые идеи» в предыдущем абзаце принадлежит автору книги про республиканские мозги; я бы выразился аккуратнее «представления о реальности, отличающиеся от консенсусной». Потому что реальностей много, и у каждого своя, и они все воняют.

– Вы были одним из самых заметных блогеров ЖЖ в начале его существования, потом покинули его в знак протеста против цензуры и создали свой ресурс, для авторов которого нет вообще никаких запретов. Вы отстояли свободу слова, но лишились многих читателей – просто потому, что ленивые люди довольствуются лентой ЖЖ, «Фейсбука» или «ВКонтакте», а там вас нет. Не жалеете? И оказался ли LJR той платформой для свободного обмена мнениями, о которой вы мечтали? С усилением цензуры его посещаемость растет?

– Не жалею, а наоборот, доволен, ибо ведение блога с 2000 или больше ежедневных комментаторов съедает душу, я наблюдал это на нескольких знакомых и чудом избежал этого сам. Популярный блогер сливается со своей аудиторией в единый коллективно думающий механизм, а по мере падения качества аудитории у него случается заворот мозгов, вплоть до полного забвения совести и рассудка.

LJR не оказался популярной платформой, потому что нашим соотечественникам (и не только им) ближе цензура, без цензуры они чувствуют себя некомфортно. Именно это объясняет популярность «Фейсбука», который давно забил Livejournal среди отечественной образованной публики.

В последний год посещаемость LJR упала катастрофически, ибо в России (особенно в провинции) он почти всюду закрыт Роскомцензурой. Этого следовало ожидать с самого начала, но мне казалось, что в России идеи свободы слова должны быть популярнее, чем на Западе. Оказалось, что все наоборот: есть общественный заказ на цензуру Интернета, который наши власти не в состоянии выполнить, но стараются.

– Цензуру можно осуществлять по-разному. Можно посадить человека в тюрьму за картинку в блоге (так часто делают в провинции), можно заблокировать ресурс через Роскомнадзор, а можно просто завалить информацию грудами мусора, что делают всевозможные платные и бесплатные тролли. Все эти методы в разной степени эффективны. Знаю, что вы ненавидите любую цензуру, даже такую, которая кому-то может показаться оправданной. Когда-то я был уверен, что свобода слова в конечном счете победит. Сейчас у меня такой уверенности нет. Осталась ли она у вас?

– Ну, искать информацию среди груды мусора – на то нам мозги и дадены, вообще-то. Но в «победе свободы слова» я не уверен, на самом деле информация в сети теряется с угрожающей скоростью. Последняя потеря (и невосполнимая) – уничтожение «поиска по блогам Яндекса», уникального архива блогосферы, который когда-то давно делал поиск по блогам начиная от 2003-го (включая удаленные или уничтоженные цензурой блоги). Лично меня эрозия архивов беспокоит гораздо сильнее, чем загруженность системы спамом.

В 1990-е я думал, что спам и коммерциализация Интернета будут идти одним фронтом и разрушат любую свободную дискуссию. Я был неправ: коммерциализация оказалась гораздо серьезнее, чем спам, и загнала спам в подполье.

Сейчас спамеры довольно часто создают любопытные литературные проекты на грани авангарда, не сознавая этого. Дело в том, что многие спамерские сайты случайно сгенерированы роботами, исходя из предписанной грамматики. Получается практически поэзия.
Цитирую спамерский эпос, один из бесчисленного множества удаленных в LJR.

Проститутки Киева сегодня оказались на вокзале

"Проститутки Киева не знают насколько важными и уважаемыми клиентами они порой являются. Праститутки Киева должны быть очень вежливыми и порядочными, если они все-таки хотят заполучить богатого клиента. Фото проституток это самое большое достояние этого сайте, кроме него тут ничего нет. Проститутки Киева не одобряют продвижение сайтов черными методами. Ежели в графе поиска вы напишете праститутки Киева, то однозначно попадете на минует. А что будет, если prostitutki вдруг абсолютно перестанут заниматься своим ремеслом С далеко не каждый берется предугадать. В целях привлечения клиентов, индивидуалки прибегают к услугам пластической хирургии. Проститутки Киева очень сильно боятся укусов комаров, потому и стараются не оголять свое тело на улице. А Снять проститутку нам поможет наш старый друг и верный товарищ Андрей, тут у него все схвачено. Проститутки Киева решили совместными усилиями бороться против злых маньяков, которые живут в столице. Телефоны проституток лежали на столе следователя и он старался навести порядок в своем деле. Проститутки Киева знают, что разумный мужчина не поведет ее в ресторан, но все равно на что-то надеются. Возможно в будущем, секс услуги будут оказываться на расстоянии. Интим досуг преследуется украинским законодательством, потому будьте осторожны. Сами проститутки Киева лично тратят уйму времени на то, что выглядеть привлекательно для своих клиентов. Если бы не благодарные мужчины, Индивидуалки сейчас сидели бы без денег, если бы не их благодарные клиенты. Услуги проституток очень немало принесли бед в семьи украинских граждан. Если праститутки не выпьют, то они не смогут спать с неприятным клиентом, такова уж жизнь. Проститутки Киева, которые стоят возле столичного зоопарка – это самые лучшие проститутки в нашем городе".

В принципе, задача искусственного интеллекта – создание программы, «автора текстов», который будет неотличим от автора-человека. Именно эту задачу решают спамеры в попытке обойти спам-фильтры; можно представить, что в результате совместной эволюции спам-фильтры и сами спамеры постепенно превратятся в искусственные интеллекты, неотличимые от настоящих.

Меня много больше беспокоит коммерциализация Интернета, которая перекашивает смысловое поле в самых неожиданных (и неприятных) направлениях. Сравнительно с нею, моря информационного мусора выглядят относительно безобидно.

– В те времена, которые мы вспоминали в начале разговора, появился молодой человек по имени Константин Рыков. Тогда он был предводителем «сетевых подонков» и занимался всякими хулиганскими проектами – порой смешными, порой не очень. За эти годы он сделал удивительную карьеру, был депутатом Госдумы, разбогател, создал миллион ресурсов и стал одним из главных проводников путинизма в Интернете. Как вы его оцениваете – как комическую фигуру, как беспринципного авантюриста, дурачащего своих заказчиков, или это такой злой гений, которого следует воспринимать всерьез?

– Рыков в свое время обещал раздробить мне пальцы на руках. Судя по тому, что до сих пор не раздробил, – фигура он гораздо менее серьезная, чем Турчак-младший.

Как организатор тошнотворной запутинской сетевой субкультуры «падонков», Рыков сделал довольно много, но послужило это в основном дискредитации и Путина, и этой самой сетевой субкультуры. Сейчас, видимо, фигуру Рыкова считают токсичной даже в самом запутинском лагере, так что в последнее время никаких серьезных запутинских проектов ему не доверяли.

Константин Рыков, проводник путинизма в Интернете
Константин Рыков, проводник путинизма в Интернете

 

Но роль Рыкова в истории отечественного книгоиздания колоссальная. Изобретение нового книжного формата, впаривание книжек этого формата всем киоскам (вдвое дороже против тогдашней цены на книги в магазинах). Внедрение в пантеон «серьезной литературы» ничтожных авторов Багирова и Минаева и фабрикация их писательского статуса. Чудовищный сериал «Этногенез», начиная с которого издатели жанровой литературы стали вкладывать больше денег в бренд анонимного «сериала» (S.T.A.L.K.E.R. и так далее), чем в авторов. В книгах «Этногенеза» имя автора было указано где-нибудь в колонтитулах и мелким шрифтом, а «идея Константина Рыкова» – в самом заметном месте. Благодаря ему автор российской жанровой литературы (если это не Лукьяненко) – фигура анонимная и незначительная, значение имеет только бренд сериала. В детективах это стало каноном с начала 1990-х (в идиотских сериалах типа «Слепого» и «Бешеного», как и в книгах Донцовой и Марининой, написанных, по слухам, большим коллективом литературных негров). Но окончательно уничтожить авторство в фантастике до Рыкова никому не получалось, а сейчас сериалы доминируют. Это страшно интересно.

К ценностям патриотизма трудно относиться без брезгливости и омерзения

Деятельность Рыкова в Интернете меня затронула в основном через общение с «хакером Хеллом», рыковской креатурой, возглавлявшей странное сообщество «бригада ФСБ». Это было одно из первых исторически сетевых сообществ, считавших своим долгом бороться с либерализмом и либералами во имя ценностей ФСБ, патриотизма и гомофобии. «Хакер Хелл» записал меня (вместе с Мальгиным и Прибыловским) во враги «бригады» и долго боролся, но не очень преуспел.​

– Не сомневаюсь, что ваша деятельность в Интернете давно привлекла внимание российских спецслужб, и региональная блокировка LJR  – подтверждение, что вы их раздражаете. Замечали ли вы внимание к себе с их стороны: угрозы, слежка и т.п.? Когда вы прилетаете в Шереметьево, замечаете, что ваш паспорт проверяют тщательней, чем остальные?

– Пару раз держали в Шереметьево на въезде с проверками паспорта, но не всегда. Допрашивают по разным поводам регулярно (последний раз была серия допросов по делу Стомахина). Связывались с моим начальством на работе, чем изрядно всех, кажется, напугали.

– Вы дружите со Стомахиным? Почему вас допрашивали по его делу и что сейчас происходит с ним? 

– Только виртуально, но я уважаю Стомахина безмерно.

В апреле 2015 года публицист Борис Стомахин был приговорен к 7 годам заключения
В апреле 2015 года публицист Борис Стомахин был приговорен к 7 годам заключения. Видел я его на судах над ним, два раза, но Борис был юзером моего сервера. Последний суд над Стомахиным был в прошлом году, по новым законам его судил военный суд Московского округа. Стомахину пытались впарить еще 13 лет за выступление в блоге его имени с «оправданием терроризма». Результат был довольно парадоксальный: суд признал, что авторство текстов, которые инкриминируются Стомахину, не доказано, но дал ему срок, поскольку счел, что автором теоретически мог быть Стомахин и, вероятно, был. Это был второй срок в дополнение к первому (6,5 лет строгого режима, дали еще 3 года строгого, на настоящий момент у него 7 лет).

Сейчас Борис сидит на зоне, в тотальном отказе и отрицалове, без медицинской помощи, в тяжелейших условиях содержания, но держится героически. Понятно, что выпускать его при этом режиме никто не будет, так что суд был ни о чем Стомахин сидит пожизненное: как только он выйдет, гэбэ возьмет те же тексты, за которые его сажали, и снова посадит, как уже было. Это сказка про белого бычка, которая кончается только смертью режима или Бориса. Лично я искренне надеюсь, что режим падет раньше.

Меня по этому делу несколько раз допрашивали, потом я выступал на суде свидетелем и заявил, что нет никакой возможности выяснить авторство текстов, потому что учета доступа на LJR не ведется.
Конечно, никакого эффекта это не имело, но Борис был доволен.

– Вы в последние годы работали в Японии, сейчас преподаете в Бельгии. Это можно назвать эмиграцией?

– У нас очень хорошие студенты в Москве, это единственная причина, почему я до сих пор не эмигрировал окончательно. Сейчас я получил профессорскую позицию и по полгода провожу в Брюсселе (Free University of Brussels), смотрю на это как на путь отхода при резкой смене ситуации.

– В академических кругах вопрос об эмиграции из России никогда не исчезал, утечка мозгов происходит с конца 80-х, а сейчас нарастает новая волна отъездов. Если одаренный молодой математик спросит у вас, что ему делать – оставаться в структуре РАН или искать работу за границей, вы готовы ему дать однозначный совет?

– Безусловно, валить. И даже не от того, что в России прожить на зарплату ученого невозможно (всегда есть способы), а от политической нестабильности. Есть чудесная цитата из Летова по аналогичному поводу:

Егор Летов
Егор Летов

"...Сколько себя помню, всегда существовали массовые так называемые "патриотические" движения, объединяющие отборную воинствующую сволочь. Раньше это были комсомольцы, любера, затем различные народно-патриотические движения типа общества "Память". Сейчас это скинхеды, всяческие "Идущие вместе"... Для всех же остальных в нашей стране единственно возможное состояние это чемоданное. Здесь нельзя жить. Здесь можно только воевать, болеть, выживать, куда-то пробиваться с боями и потерями. Здесь нет завтрашнего дня. В любой момент тебя могут избить, ограбить, выкинуть в окно электрички инструменты... Издать какой-нибудь новый закон и лишить тебя всего. В любой момент могут посадить, да и вообще убить без суда и следствия. Наша страна это беспощадный зловещий полигон. Раз уж здесь очутился, изволь принимать правила игры... Если не сломаешься ты герой на все времена, а если не вышло то тебя и нет и не было никогда".

Никто не удивится, если Путин сегодня объявит войну Украине, Турции или Прибалтике; в этой ситуации студентов и молодых математиков, скорее всего, забреют, а это явно не полезно им.

Хотя математическая жизнь в Москве сейчас довольно интересная, так что какое-то время в Москве посидеть, конечно, полезно. Но суммарно, здесь очень стрёмно, и с каждым годом все страшнее, так что необходимо как минимум иметь пути отхода (открытые визы, возможность быстро найти хорошую работу).

– Слово «Сколково» нередко вызывает смех, потому что ассоциируется с фантазиями Дмитрия Медведева. Но не так давно яговорил с бостонским профессором Максимом Франк-Каменецким, который неожиданно для меня дал высокую оценку Сколтеху – университету, который создается вместе с Массачусетским техническим институтом. Что вы думаете о жизнеспособности такого рода проектов на российской почве?

– Сколтех имеет очень хорошую магистерскую программу по биологии; кроме того, они привозят профессоров из Америки и Европы в Сколково, на пару месяцев и за баснословные деньги. Потом там открыли магистратуру по программированию, кажется, тоже неплохую. Кроме этой программы, там ничего нет.

Инновационный центр в Сколково
Инновационный центр в Сколково

 

Мой хороший знакомый, знаменитый математик Тюдор Ратиу какое-то время возглавлял математический институт при Сколково, так что я туда ездил несколько раз и даже выступал там. Зрелище феерическое, и по потрясающей безответственности и дезорганизации в вышестоящем руководстве, и по количеству денег, вбуханных в проект (и доселе пустующий). То есть денег сколько угодно, но людей, которые в состоянии поставить подпись под бумагой, нет; любой проект превращается в бесконечные согласования одного и того же по кругу. Здание практически пустое, ориентироваться там невозможно в силу крайней запутанности внутреннего устройства. В общем, учреждение как будто прямо со страниц «Процесса» Кафки.

Я пытался рассказать Ратиу про «Епифанские шлюзы» Платонова, но он, похоже, и без Епифанских шлюзов все понял и больше там не директорствует.

– Ваши политические взгляды претерпели за последние годы заметные изменения. 10 лет назад вы симпатизировали уже упомянутому Дугину и писали о величии русского народа, сопротивляющегося либеральному проекту. Знаю, что ваше отношение к либералам-ельцинистам осталось столь же суровым, но и к их идеологическим противникам вы потеряли доверие. Да и к российским гражданам тоже. Когда и почему произошла эта перемена?

После пятой по счету церетелиевской хрустальной люстры я понял, что дела с «евразийцами» я больше иметь не буду

– С Дугиным я последний раз общался в 2005-м, он позвал меня на какую-то встречу евразийцев на Арбат; я приехал в ресторан, который почему-то назывался «Галерея современного искусства имени Церетели». Я долго шел по бесконечным залам в этом ресторане среди чудовищно пошлой церетелиевской роскоши, но, не дойдя и до середины, повернул назад.

Когда это была оппозиция, а у Дугина была комната 3 на 3 в подвале лимоновского бункера на Фрунзенской, общаться с ними было приятно, но после пятой по счету церетелиевской хрустальной люстры я понял, что дела с «евразийцами» я больше иметь не буду.

Александр Дугин
Александр Дугин

 

Что до величия русского народа, мне казалось, что народ с таким опытом противостояния советскому режиму (самиздат, диссидентство, стотысячные протестные митинги в конце 1980-х и начале 1990-х, НБП) никогда не позволит поставить себя на колени. Это внушало уважение. Когда же оказалось, что закручивание гаек и сворачивание политических свобод не вызвало никакого протеста, а, наоборот, вызвало всеобщий восторг, граждане лепят иконы со Сталиным, а 60% населения желает возрождения сталинизма, я обнаружил себя в одном лагере с самыми радикальными русофобами, цитирующим через фразузнаменитые проклятья Ильи Кормильцева.

Наконец, что касается «либерализма», наша либеральная публика еще в 1993 году требовала рыночного Пиночета, кровавых репрессий, ежовых рукавиц и закручивания гаек, и в 1999-м она своего Пиночета получила, в виде Путина. Закручивания гаек и железные рукавицы последовали немного погодя.

От режима не нужно ничего, кроме свободы слова

Надо сказать, что большинство ельцинских статусных фигур (от Чубайса и до Найшуля) таким развитием событий оказались вполне довольны. То есть путинский режим надо понимать как естественное развитие ельцинского, разница тут косметическая. Путин был вполне себе официально поддержан на выборах партией «Союз правых сил», к тому моменту вполне имперской, консервативной и национал-патриотической. С тех пор он проводит эту же самую политику: имперскую, консервативную и национал-патриотическую. В России это называется «либерализм», не знаю почему.

Я тут в странной позиции человека, которому от режима не нужно ничего, кроме свободы слова. В 1990-е преследуемым меньшинством были патриоты, нацболы и прочие прохановцы, они боролись за свободу слова, а «либералы» требовали введения чрезвычайных кар за «политический экстремизм». Сейчас таким меньшинством оказались люди прозападных взглядов, а требуют их крови как раз патриоты и прочие прохановцы. В этой ситуации к ценностям патриотизма трудно относиться без брезгливости и омерзения.

Что до коллег по протестному движению 1990-х, многие из них участвовали в белоленточных митингах, ездили на Майдан и сейчас выступают на стороне Украины и против России. Конечно, большинство из деятелей протеста 1990-х сейчас жидко слились и поклоняются Путину. Но учитывая, что у нас вся страна поклоняется Путину, в этом нет ничего удивительного.​

Концерт группы "Коррозия металла" в 1992 году. Фото Ханса-Юргена Буркарда
Концерт группы «Коррозия металла» в 1992 году. Фото Ханса-Юргена Буркарда

 

Наконец, есть и такие, кто все прекрасно понимает, но на них заведены уголовные дела за их протестную деятельность 1990-х. Например, на Паука («Коррозия Металла») заведена целая куча дел за его песни, которые сейчас легко тянут и на 282-ю, и на 280-ю статью и официально запрещены. И подобный груз есть у огромного числа тогдашних активистов. Естественно, что сейчас они сидят тише травы и трясутся.

Впрочем, среди диссидентов 1990-х было изрядное количество искренних сталинистов (думаю, что больше их было на стороне Ельцина, но и на стороне Егора Летова их было предостаточно). Вот эти, конечно, сейчас празднуют, но они всегда были отвратительны.

Все общественные институты России составлены из гнили, плесени и паразитов и не работают. Адские игрища 1990-х со сталинизмом и прославлением всего советского (параллельные аналогичным игрищам с Гитлером и прославлением всего нацистского, зачастую в тех же самых номерах Лимонки) это была в первую очередь художественная стратегия и только во вторую форма протеста. На каком-то уровне эта стратегия имела в виду заигрывание с настоящим ублюдком-сталинистом, но поскольку за человека никто его не считал, привлечение недочеловека в протестный движ вызывало у посвященных нечто вроде ницшеанской щекотки.

На самом деле, откровенно людоедские лозунги протестного движения 1990-х («сталин-берия-гулаг», лимоновское знамя, идентичное нацистскому, но с серпом-молотом вместо свастики и все такое же) были по факту гротескным, но целиком либертарным и антисталинским протестом.

То есть ближайший аналог национал-большевизму – политические манифесты де Сада, озвученные персонажами «Жюстины» и «Философии в будуаре». Конечно, нет ничего априори либертарного в де садовской расчлененке, но, принимая во внимание авторскую позицию, эта расчлененка делается неотличима от социального критицизма.

Единственная функция лимоновского знамени отождествление и принципиальное неразличение сталинизма и нацизма. Макабр нацбольских патриотических лозунгов служил тому же, это была попытка подчеркнуть абсолютную бесчеловечность номенклатурного советского режима (а равно и ельцинского, который был его правопреемником).

Разница между тогдашними сталино-гитлеровцами и современными примерно та же, что между текстами Масодова с их лишенным цели (но несомненно исполненным протеста) свободным и поэтическим насилием, и «Библиотекарем» Елизарова, где надерганное из Масодова карнавально-макабрическое насилие обряжено в кандалы логики и применяется для утверждения позитивных советских ценностей путинизма и гэбэшности.

Я ненавижу их люто, бешено, а нацболов 1990-х люблю, и тут есть большая разница, заметная мне. Боюсь, что, кроме меня, она не заметна никому другому. Придется с этим смириться.

– Вы упомянули общественный заказ на цензуру Интернета, а можно говорить и об общественном заказе на ликвидацию гражданских свобод вообще. Во всяком случае, единственная инициатива, которая в последние годы привела к какому-то подобию гражданского протеста – это введение «Платона», разорительного для дальнобойщиков. Но и аресты по политическим делам, и тем более блокировки оппозиционных сайтов, таких как «Грани», восприняты публикой равнодушно, а многие и злорадствуют. Конечно, вряд ли возможно превратить Россию в Северную Корею, но как далеко они могут продвинуться в завинчивании гаек – ну хотя бы только в Интернете? Каков ваш прогноз?

– Интернет они, я думаю, заблокируют довольно успешно. Сейчас в цензурном механизме Роскомцензуры масса дыр, но в Китае их уже заделали, а скоро и у нас заделают. Доступ к неподцензурным сайтам будут иметь десятки тысяч, от силы сотня тысяч человек (в Китае это полмиллиона, но там и людей больше).

Что до остального, боюсь, что самым разумным прогнозом будущего России является сорокинский:

"Все да не все. Последний вопрос. Не задавал я ей его никогда, а сегодня что-то пробило на него. Настрой серьезный. Собираюсь с духом.
Ну, чего еще тебе? смотрит в упор Прасковья.
Что с Россией будет?
Молчит, смотрит внимательно. Жду с трепетом.

– Будет ничего.
– Кланяюсь, правой рукою пола каменного касаюсь".​

– В академических кругах всегда было много конформистов, а также кабинетных ученых, не интересующихся общественными проблемами, но были и яркие исключения. Я неплохо знал Валерия Сендерова, математика, который бросил радикальный вызов советской власти, вступил в антикоммунистическую организацию НТС и был, разумеется, арестован. Вы тоже, когда советской власти оставалось жить совсем недолго, пытались бежать из СССР, нелегально перейдя границу. Вы говорили сейчас о 90-х, но у вас есть и опыт сопротивления советской власти, и, мне кажется, вы вернулись к тем взглядам на Россию, которые были у вас в ранней юности, в 80-х. Верно?

Пропагандистский механизм демонстрирует массам пляски в храме, бандеровскую хунту, чубайса, педофилов, гомосеков, аннексию Крыма, что угодно, лишь бы отвлечь внимание от олигархата, кооператива «Озеро» и других владельцев путинского шубохранилища

– Близко, но не вполне. В 1980-х казалось, что монархизм, православие и вообще все русское почвенничество и славянофильство от Хомякова и до Клюева могут оказаться не менее действенны против власти («системы», как ее тогда называли), чем Герцен и Салтыков-Щедрин. Сейчас же понятно, что у России нет худшего врага, чем Герцен и Салтыков-Щедрин, и если наша задача разрушить «систему» (то есть Россию), наши друзья Герцен и Салтыков, а никак не Хомяков, не Тютчев и не Константин Леонтьев. Циничный западный взгляд на Россию, может, и не самый правильный, но гораздо действеннее выжигает плесень и паразитов. Оказалось, что все общественные институты России, включая прославленный народ-богоносец, составлены из гнили, плесени и паразитов и не работают.
У Салтыкова про это была сказка «Богатырь».

Картина Андрея Рябушкина "Микула Селянинович", 1895
Картина Андрея Рябушкина «Микула Селянинович», 1895

"Заметались людишки, видя лихое безвременье, кинулись навстречу супостату глядят, идти не с чем. И вспомнили тут про Богатыря, и в один голос возопили: "Поспешай, Богатырь, поспешай!"

Тогда совершилось чудо: Богатырь не шелохнулся. Как и тысячу лет тому назад, голова его неподвижно глядела незрячими глазами на солнце, но уже тех храпов могучих не испускала, от которых некогда содрогалась мать зеленая дубровушка.

Подошел в ту пору к Богатырю дурак Иванушка, перешиб дупло кулаком смотрит, ан у Богатыря гадюки туловище вплоть до самой шеи отъели.

Спи, Богатырь, спи!»

– Загадка успеха Путина, возможно, состоит в том, что ему удалось искусственно остановить время, навязав повестку дня из прошлого века. Пышные празднования 9 мая, советские фильмы и престарелые советские эстрадные звезды на телеэкране, труды о величии Сталина во всех книжных магазинах – все это не имеет никакого отношения к капиталистической реальности, но эта декорация успешно ее заслонила. Мы недавно проводили уличный опрос в Москве о главном событии 2015 года, и люди отвечали либо «присоединение Крыма» (хотя оно было годом раньше), либо «празднование 70-летия Победы», то есть пересказывали пропагандистский вымысел из телевизора. Мне это совсем непонятно, и я могу предложить только такое объяснение: опыт свободы 90-х был настолько травматическим для не готовых к этому масс, что они с благодарностью воспринимают любую, даже самую неуклюжую иллюзию возвращения в советские времена. В этом дело?

– Для нашего поколения СССР был трагическим и романтическим коллективным опытом. Курехин в своем последнем интервью говорил:

Сергей Курехин
Сергей Курехин

 

"..."Фашизм" присутствует во всех явлениях культуры. Можно рассматривать любое явление как "начинающийся фашизм", "задавленный фашизм", "явный фашизм", "фашизм, отрицающий фашизм "и пр. Все имеет в себе зародыш "фашизма". А под фашизмом в чистом виде я понимаю романтизм. Если доводить романтизм до логического конца, он приводит к фашизму. Если вы романтик по ощущениям, то вы должны обязательно остановиться. Иначе будете фашистом. Либо следовать до конца и становиться фашистом, либо отрицать романтизм".

Вот эта самая советская романтика делала СССР (а заодно и Третий рейх, и масодовских зомби-пионеров) дико привлекательным, по контрасту с унылой комсомольской пошлостью буржуазного быта. Конечно, это была романтика противостояния, но структурных отличий между романтикой противостояния и казенной советской романтикой  довольно мало. Мне очень нравится народная песня, которая поется на мотив «Прощания славянки» и с припевом из песни Галича на ту же мелодию. <Автором песни является математик Николай Вильямс (1926-2006) — прим. ред.>

    Коммунисты поймали мальчишку,
Потащили в свое КГБ
Ты скажи кто давал тебе книжку,
Руководство к подпольной борьбе,

Вперед, за взводом взвод
Труба боевая зовет
Пришел из ставки
Приказ к отправке
И значит нам пора в поход.

Кто учил совершать преступленья
Клеветать на наш ленинский строй?
В жопе видел я вашего Ленина,
Отвечал им юный герой.

Вперед, за взводом взвод…

Значит очередь в лагерь настала
Ваших я лагерей не боюсь
Скоро стая акул капитала
Растерзает Советскую Русь.

Вперед, за взводом взвод…

Молодая подпольщица Клава
Горько плачет во мраке ночей,
Вспоминает как парень кудрявый
Большевистских клеймил палачей.

Вперед, за взводом взвод…


Понятно в общем, что диссидентская романтика плоть от плоти романтики революционной, и у Савинкова, Маяковского и Гумилева гораздо больше общего, чем у них троих с унылыми пошляками из ельцинского зомбоящика и комсомольскими активистами, которые в 1990-е перекрасились в буржуа и рыночников.

Симпатий к погибшей советской империи среди моих знакомых больше никто, кажется, не испытывает, потому что все видят перед собой тошнотворного зомби, которого создают путинские. Но я не исключаю, что подобный механизм мотивирует кого-то из числа советских симпатизантов, особенно в провинции, до которой все доходит с запозданием.

Фильм Навального про Чайку посмотрели 5 миллионов человек, но на всеобщий крымнаш это никакого влияния не произвело

Что до массового неприятия 1990-х, мне думается, сыграл роль не опыт свободы, а опыт дикого массового лицемерия. Потому что если те же самые свиные советские коммунистические рыла, которые впаривали нам про «научный коммунизм», неожиданно перекрасились в рыночников и с теми же лицемерными интонациями впаривают про общечеловеческие ценности и демократию, а одновременно жрут и воруют и морят голодом врачей, учителей и пролетариев, население запоминает, что «демократия» – это когда комса жрет и ворует, а бабушки вынуждены шариться по помойкам.

Конечно, сейчас все те же свиные рыла занимаются тем же самым, но теперь у властей есть эффективный пропагандистский механизм, который демонстрирует массам пляски в храме, бандеровскую хунту, чубайса, педофилов, гомосеков, аннексию Крыма, что угодно, лишь бы отвлечь внимание от олигархата, кооператива «Озеро» и других владельцев путинского шубохранилища. Что характерно этот механизм работает как часы: фильм Навального про Чайку посмотрели 5 миллионов человек, но на всеобщий крымнаш это никакого влияния не произвело.

– Вы, наверное, не одобрите упоминания Илона Маска, потому что он стяжатель и капиталист, но на меня произвели впечатление его размышления о Четвертой индустриальной революции, поскольку они звучат как приговор для путинской России. Та модель экономики, которая сейчас худо-бедно кормит режим, в обозримом будущем окончательно станет неактуальной, потому что потребности мира в нефти и газе будут резко сокращаться. Но я не буду вас спрашивать, верны ли эти прогнозы, а задам почти абсурдный вопрос, хотя и правомерный, потому что его можно предложить любому ученому, интересующемуся преобразованием мира: если бы у вас была неограниченная власть в России, что бы вы сделали, чтобы спасти эту страну?

– Одобрю: у Илона Маска есть воображение, пускай капиталистам и не положено.

Избавиться от имперской географии и имперской культуры

Что до преобразования России, я бы попытался осуществить то, что писатель Розов называет «культуроцид» аналог революции Мэйдзи в Японии и обновления Турции Ататюрком. Ататюрка называют «отец турок», потому что он создал турецкую культуру и этничность более-менее с нуля: османский язык и османская письменность в современной Турции понятна тысячным долям населения. Вообще проблема России географическая и культурная: управление страной чудовищно централизовано, что объясняется неудобной географией, а население проводит дни в привычном рабстве.

В Японии после революции Мэйдзи довольно серьезно обсуждали перевод делопроизводства и образования на английский язык, но в результате сделали то же, что и в Турции: создали искусственный язык (современный японский имеет весьма отдаленное отношение к японскому до революции) и выкинули культурный багаж дореволюционной Японии с корабля современности нафиг.

Манкуртизация мне по нраву

Еще хороший пример Сингапур, где силовым порядком перевели все население на английский, ликвидировали туземную культуру и построили общество, лишенное вообще какого-либо почвенного элемента. На немногих людей, сохранивших национальные корни, в Сингапуре дивятся, специально ездят посмотреть в их квартал, как в зоопарк, но за людей не считают.

В 1980-е наши почвенники называли этот процесс «манкуртизацией». Такая манкуртизация мне по нраву.

Ататюрк сбросил турецких пушкиных с корабля современности
Ататюрк сбросил турецких пушкиных с корабля современности

 

Другой фактор, который тормозит обновление, это имперская культура. Необходимо добиться, чтобы предметы имперской гордости («великая русская литература») перестали мешать модернизации. Шансов на то, что Россию удастся обновить, если в культурном багаже останется Достоевский, Толстой, Пушкин, Чехов и так далее, я не вижу. Поэтому придется сбросить Пушкина с корабля современности.

Советские говорили «Мы наш, мы новый мир построим», но у них получилось новое издание царской империи, дебильная азиатская деспотия, страна всеобщего рабства, скотства и доносительства. А все дело в том, что они не были авангардистами и не понимали авангарда.

Если вы не сможете выкинуть Пушкина с корабля современности, Пушкин затянет вас в ад царизма, из которого вы только что вырвались; именно это и случилось с советскими. Не случайно помпезное празднование столетия смерти Пушкина совпало с пиком сталинских репрессий.

Конечно, есть в этом предложении нечто парадоксальное: нет ничего более «русского», чем требование выкинуть кого-нибудь с корабля современности. Так что есть риск не разрушить культурную особенность, а, наоборот, усугубить ее. Но я смирился с этим. По крайней мере, будет интересно.​

– Вижу иную картину не столь уж далекого будущего. Россия сохраняется в нынешних границах, Пушкин плывет на пароходе современности, Интернет доступен только руководству «Единой России», а некий следующий Собянин или Путин (возможно, и те же самые – если верить газете Daily Mail, к 2045 году замороженный мозг покойника научатся пересаживать в новое искусственное тело, так что человек будет жить вечно) торжественно открывает в Москве мемориальную доску на доме, где «жил и работал выдающийся российский математик, лауреат Филдсовской премии Михаил Сергеевич Вербицкий». И пенсионерки из вашего микрорайона аплодируют. Можете такое представить?

– Совершенно не могу.
Хотя катастрофизм мышления тоже культурная особенность, которую неплохо бы изжить. У нас все всегда думают, что послезавтра случится апокалипсис. А никакого апокалипсиса не будет.
Послезавтра «будет ничего».

Источник: Радио Свобода 

БОРИС СТОМАХИН В ПУТИНСКОМ ГУЛАГЕ: ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ (ноябрь 2015 -январь 2016 г.г.)

22417_original

На 06.01.2016 г. политзаключённый Борис Стомахин находится  в  российских тюремных застенках — 1142 дня ( 3 года, 1  месяц, 17 дней) 

   По свидетельствам уральских правозащитников-энтузиастов посещающих Бориса Стомахина в российском концлагере «ИК -10», который входит в карательную структуру путинистов «гуфсин рф по Пермскому краю» путинское ФСИН-ГУЛАГовское палачье продолжает изощрённо издеваться над политзаключенным через фабрикации в отношении его так называемых «постановлений о нарушении режима» пребывания в концлагере, одновременно отказывая Стомахину в предоставлении медицинской помощи. При этом, несмотря на наличие у политзэка ряда серьёзных заболеваний фсин-гулаговские палачи изъяли у Бориса Стомахина все лекарства.

  Столь люто ненавидимому лубянской охранкой политзаключённому, брошенному в тюремные застенки за выражение своих убеждений словом, тюремные подонки- вертухаи в белых халатах отказывают даже в медицинской помощи при зубной боли,

    Так же стало известно о запрете на получение Стомахиным писем с воли, на основании «распоряжения» концлагерной «администрации».  В качестве «аргумента»  указанного «запрета» фсин-гулаговские холуи заявляют о наличии в письмах «экстремисткого» содержания и «оскорблений» в адрес Главного Пахана лубянской хунты, именуемого на языке вертухаев «президентом рф» Под «запрет» и «цензуру» попало в том числе отправленное из концлагеря  письмо Стомахина, в котором он обращается к находящемуся в Украине журналисту Муджабаеву с просьбой написать о его деле. Таким образом лубянская хунта отказывает политзэку в праве на защиту, резонно опасаясь, что огласке будут преданы факты злодеяний и пыточных условий содержания Стомахина в тюремных застенках,

   Вероятнее всего, фабрикуя в отношении политзаключенного различные  «постановления» о «нарушениях режима содержания» в концлагере и делая таким образом из Стомахина «злостного нарушителя»,  фсин-гулаговские палачи выполняют распоряжения лубянской политической охранки-ФСБ, преследуя при этом цель дальнейшего принудительного удержания своего бесстрашного оппонента в чекистком Мордоре, поскольку на основании действующих мордорских «законов», заключенные российских концлагерей регулярно получающие «взыскания»,  после освобождения  из тюремных застенков находятся на специальном «профилактическом учёте», им в течении длительного времени  отказывают в оформлении заграничных паспортов, Таким образом ФСБ-шное палачьё намерено и дальше, не выпуская его за пределы своей «юридической досягаемости», фабриковать  дела в отношении Стомахина, уничтожая  диссидента в тюремных застенках.

 

В самом путинском Мордоре, в наводнённых фсб-шной агентурой подставных «правозащитных организациях», которые являются филиалами российских спецслужб, ситуация с политическим преследованием Бориса Стомахина замалчивается, лубянские агенты действующие под личиной «правозащиты» политзаключенным его не признают, предоставив таким образом неограниченные возможности для лубянских карателей по физическому уничтожению диссидента, Деяния лубянских агентов от «правозащиты» в будущем будут приравнены к преступлениям мордорского режима и слиты в единую монолитную колонну позора и проклятия.

 

Заметки  адвоката Романа Качанова,  посетившего узника совести Бориса Стомахина в российском концлагере (ноябрь 2015 г.)

 

                              ************

5 ноября ваш покорный слуга и адвокат Роман Качанов, в который уже раз добрались до станции Всесвятская Пермского края, где находится осуждённый уже на третий срок политзаключённый Борис Стомахин. Отбывает он так называемое «наказание» в Исправительной Колонии за номером 10 строгого режима. Ведь он «рецидивист», так и не изменивший свои убеждения. Ситуация, лишний раз доказывающая, что «сажать» за убеждения — бесполезно.

Колония нас встретила неласково. И дело не только в плохой погоде. Начальник ИК-10 Асламов ушёл в отпуск, а И.О. начальника, Губаль Юрий Васильевич, которого мы видели в первый раз в жизни, наше общение начал с «наезда». Дескать, видал он таких. Приезжаем и расшатываем оперативную обстановку. Как мы самим фактом своего приезда на предусмотренную законом встречу с осуждённым можем «расшатать оперативную обстановку», он не пояснил, а у нас фантазии не хватило, чтобы себе это представить. После этого, И.О. начальника довольно невежливо велел нам выйти из его кабинета.

Ожидая решения И.О, мы с Ромой, надеясь на лучшее, но готовясь к худшему, обсуждали, как лучше обжаловать отказ в допуске к нашему подзащитному, если до этого дойдёт. К счастью для всех, И.О. сменил гнев на милость и Борису нас все же допустили. Сопровождавший нас сотрудник колонии рассказал, что на имя Стомахина постоянно приходят письма из-за рубежа экстремистского содержания. Эти письма, по его словам, переданы во ФСИН, а дальше в ФСБ для принятия соответствующих мер. Так как адресаты находятся за пределами досягаемости российских спецслужб, то я боюсь, как бы администрация колонии не «отыгралась» на Боре за письма, к изготовлению которых он не имеет никакого отношения.

Возможно это объясняет и такую резкую реакцию по отношению к нам со стороны руководства колонии. По их мнению, может, мы кучу писем ему привезли. Нелегально. И все экстремистские, экстремистские… Правда Бориса всегда обыскивают после наших с ним встреч, да и нас вниманием не обделяют. Так что беспокоиться Господам Начальникам не о чем. С безопасностью в колонии все нормально. Мышь не проскочит, таракан не проползёт. В этот раз были проблемы с проносом необходимого нам для работы оборудования: диктофона и фотоаппарата. Адвокат минут пять объяснял на КПП, что мы имеем право проносить это оборудование и никакого разрешения начальника колонии нам для этого не требуется. Раньше, таких проблем не возникало.

Оставив документы на КПП и получив разовые пропуска на вход в охранную зону, мы проходим в камеру, где проходят наши встречи с Борисом. Встречи должны проходить конфиденциально, но как раз в этом у меня есть сомнения. В камере всегда находится некое устройство, со светящейся лампочкой над надписью «rec». Ну да ладно. Может, я просто очень мнительный человек. Не хочется думать, будто сотрудники колонии не соблюдают закон. Тем более, что ничего  незаконного мы не делаем. Увидев Бориса, мы сделали несколько фотоснимков, чтобы у нас были доказательства того, что Бориса не избивают, что никаких видимых телесных повреждений у него нет. Решив с Борисом все юридические вопросы, я провёл с Борисом небольшой аудиоопрос о его ситуации в местах лишения свободы. Потом мы попрощались и я покинул колонию, пройдя наружный досмотр. А адвокат Качанов остался для встречи с другим осуждённым. После встречи с подзащитным, сотрудники колонии настойчиво попросили у адвоката его фотоаппарат и просмотрели все отснятые фотографии. Впрочем, никаких претензий к изображённому на фотографиях, у охранников не возникло. Я специально ничего не пишу о том, как живёт в местах лишения свободы Борис Стомахин. Ведь нет ничего ценнее информации из первых рук. И лучше самого Политзека, об этом не расскажет никто.

Глеб Эделев.

Монолог Бориса Стомахина (расшифровано с аудиозаписи. Стилистика, по возможности сохранена):

Через месяц после вашего отъезда (8 сентября этого года Г.Э.) меня «закрыли» в ПКТ. Закрыли сюда. Докопались. Очевидно было, что им дали задание «закрыть» меня. Потому что месяц и девять дней я застилал постель так, как застилал, как мне удобно. Потом, в течении двух дней, 8 и 9 октября, они начали докапываться, почему так застилаешь. Причём, все остальные тоже застилали как им удобнее, никого это не волнует. Никого не сажают за это в ПКТ. Тут им понадобился предлог, и они нашли предлог. Они усмотрели, что не так заправлена кровать. Мало того, что она не заправлена как у них там по образцу положено, но в их рапорте, что начальник зачитывал, написано, что вообще не заправлена кровать. И вот за это — 6 месяцев ПКТ.

Восьмого докопался дежурный мусор, который дежурит в СУСе. А у меня такой характер, что я, честно говоря, подумал, будто это его личная инициатива. Ретивость не по уму. Он такой, докапывается до всего. Но когда на следующий день, я выхожу из этой спальни утром, а мне навстречу идёт другой мусор (они ведь меняются каждые сутки) и говорит: «Стомахин, где ваше спальное место?» Я говорю: «вон там». И пошёл смотреть, что он будет делать. Там темно было. Он включил свой видеорегистратор с фонарём. Он снял кровать, встал на колени и снял бирку, которая на кровати висела, и говорит: « Объяснение будете писать?»

Как только он вопрос задал: «…где ваше спальное место?» Я сразу понял — это все. Я единственно не знал, на 15 суток меня посадят или на полгода в ПКТ. Оказалось, что на полгода. Днем после обеда, 9 октября, ко мне вдруг подходит этот дежурный мусор и говорит, что меня вызывает начальник, одевайся. Типа на приём. Обычно, когда на дисциплинарную комиссию вызывают, то говорят, что на комиссию. И можно хотя бы вещи взять. А тут вызывают меня и ещё одного парня. Привели, посадили, выдернули меня первого, и тут начальник, Асламов, читает рапорт, в 6-30 не заправил спальное место. Почему? Неправда. Я все заправил. 6 месяцев ПКТ. Комиссия — не комиссия. Был Асламов и ещё кто-то с ним. А большой комиссии как таковой не было. Ведь обычно целая толпа их собирается. А тут, был лишь один начальник. Вот. Своим решением, в сущности он и отправил меня в ПКТ.

На ШИЗО меня оформлял Губаль. Сказали, что Асламов в это время уже в отпуске был. Сейчас Губаль — исполняющий обязанности. Это было 19 октября, через 10 дней после того, как мне ПКТ назначили. Во время шмона смотрю, незнакомая харя стоит, в погонах майора. А я вообще не знаю, кто это такой. Думаю, может комиссия какая-то приехала. Стоит, смотрит на меня. Короче, я ему доклад не произнёс. Как открылась дверь, я ему должен был сразу формальный доклад произнести. «Вы нарушаете режим» — «каким образом?» «Не будет от меня никаких докладов». Я ему так высказал в нескольких словах, достаточно энергично, что я думаю про них. После этого, 19 октября меня вызвали на комиссию. Сидит Губаль, зачитывает собственный рапорт о том, что я, такого-то числа, сколько-то времени не исполнил обязанности дежурного по камере. В камере я один сижу. Какой дежурный по камере! И, за это, ещё 15 суток ШИЗО!

Срок закончился 4 ноября. А срок ПКТ был до 9 апреля, сейчас 15 суток прибавляется. Ещё будут ШИЗО, значит, ещё будут прибавляться. Я прикидываю, что 4 года отсижу в этой камере. Ни в какие СУСы больше я не пойду. Не хочу. С вещами таскаться, через всю зону, в дальний конец с баулами этими переться еле-еле, чтобы через месяц или через какое-то другое время, опять сюда. Уж лучше я там и останусь. Уж лучше я там и посижу. Я не знаю, что они будут делать, но я больше никуда не пойду. Моё условие будет такое: или вы меня выпускаете на обычные условия содержания, или я буду сидеть в этой камере, в ПКТ. Мне в этой камере лучше, чем в СУСе. Здесь хоть скамейка свободна. А в СУСе я на ногах целый день. Там некуда сесть! Там есть 3 стола длинных, есть длинные скамейки. Половина скамеек заняты, там кто-то спит. Даже когда обедают люди, те, кто спит, так и спят. А остальное место занято: в карты играют или в нарды. То-есть некуда даже присесть. Не стоять же весь день! Гуляешь целый день. А если сядешь, они подходят через 5 минут: дай мы поиграем. Это у них святое. Они играют, значит надо сразу уходить. В камере намного лучше.

19 ноября будет 4 года [если считать текущий срок заключения по второму и третьему делам, то три — с момента задержания 20 ноября 2012 года. Но если считать остаток полного семилетнего срока, то как раз четыре. А для пзк вполне логично считать именно остаток — прим. ВК]. Я знаю, что один из этих дежурных, 27 октября написал очередной рапорт на меня. Я слышал, как он кому-то об этом говорил. Я утром с ним сцепился. Я регулярно с ними сцепляюсь и буду так вести себя и дальше, потому что считаю, что в такой ситуации когда меня засадили непонятно куда, загнали во все вот в это, выполнять все их дурацкие требования унизительно и несовместимо с моим человеческим достоинством. Каждый раз, утром, когда они открывают дверь, я слышу, как они открывают, подъем, я матрас просто сворачиваю, подношу к двери и туда выкидываю. Я не выхожу сам. А потом дневальный собирает и уносит. Вот чтобы туда кинуть, я подхожу к двери, держу матрас под мышкой. «Оденьте куртку хб!» Все брось, надень куртку хб. Я считаю, что это ни к чему. Обойдутся они без куртки хб! Я выброшу так. Я каждый раз говорю: «Вот вам! Никакой куртки хб!» Они как делают: там две двери. Наружная и решётка. Они открывают наружную дверь, а решётку не открывают, ждут пока я надену куртку хб. Тогда они откроют. Ну, не хотите и не надо! Мне что ли надо матрас возвращать? Я полежу на матрасе! Я никуда не спешу! Вот за это, за то, что я с одним придурком так сцепился, он на меня написал, что я не надел куртку хб. Завтра (6 ноября Г. Э.) истекает этот рапорт. Если завтра не навесят, значит, выйду без ШИЗО.

Когда берёшь матрас, они заставляют, но тут я понимаю, что если я не надену, они мне матрас не дадут. Мне придётся долго его просить. Так что тут уж приходится. Но уж утром, вот им (показывает фигу Г. Э.), чтобы я ещё надевал эту куртку хб только для того, чтобы подойти и выкинуть. Вот из-за такой ерунды ко мне цепляются. А бирка (с ФИО осуждённого, заключённые в ПКТ обязаны носить такие Г. Э.) ниткой пришивается. Она ламинированная, трудно протыкать иголкой, но можно. Мне нитку принёс Безукладников (оперативный сотрудник Г. Э.) вот пришьёшь, когда ШИЗО кончится. Я не буду! Вы же меня записали в злостные нарушители, вот я и буду злостным нарушителем. Насчёт еды, у меня осталось немного от передачи. Вчера я вынес из этой каптёрки. Туда попасть — великое дело. Туда можно три дня проситься и не попасть. А в ШИЗО не дают вообще ничего. Говорят, у вас ШИЗО, не положено.

Я сейчас сижу один в камере, был ремонт по всему зданию. Слава богу сделали стол, вместо жуткого столика. Уже можно лечь. Ноги на батарею положить и можно лежать. Большое счастье. А так — все тоже самое. Видеокамера… Когда я в первый раз туда зашёл, в самый первый день, там ещё ремонта не было, в этой камере. Смотрю — видеокамеры нет. Снята. Обалдеть! Сняли камеру! После ремонта, я так и понял, что после ремонта она появится снова. Она появилась и даже покруче, чем была. Какая-то новая. Я попытался её сломать или повернуть. В первый раз я её повернул. Эти сразу прибежали. Почему повернул? А я её вообще сломаю. Они у меня забрали все щётки. Казённые, здоровые щётки, которыми я до нее дотягивался. Я думаю, что эти 15 суток ШИЗО, которые я отбыл, и так находясь в ПКТ, мне оформили за камеру, хотя, формально, там было написано совершенно другое.

Борис Стомахин, Политзаключённый,
ст. Всесвятская, ФКУ ИК-10 Пермского края,
5 ноября 2015 года.

 

 Уральский правозащитник и гражданский активист Глеб Эделев  посетил  политзаключённого Бориса Стомахина в декабре 2015 г.

 

                            ***************

Съездили в очередной раз с Борису Стомахину в ИК-10, Пермского края, что находится в посёлке Всесвятский (станция Всесвятская). Не люблю я ездить в колонии перед большими праздниками, особенно — перед Новым Годом. Но так получилось. Когда я, его гражданский представитель и адвокат Роман Качанов добрались до колонии, то оказалось, что в колонии никого из начальства нет. Нет не только начальника, но и секретаря. Ощущение от административных корпусов колонии — жутковатое. Закрытые кабинеты, тёмные, неосвещенные коридоры, холод… По словам местных жителей, единственная котельная, отапливающая не только колонию, но и пос. Всесвятский находится на территории колонии и её начальник дал распоряжение снизить до минимума отопление. В результате холодно не только в колонии, но и в гостинице (на себе убедились), в домах сотрудников колонии и даже в детском саду дети мёрзнут.

С огромным трудом нам удалось найти зам. начальника колонии и подписать у него заявления на свидание. Тем не менее, у Бориса настроение боевое. Он сообщил нам, что т.н. «врач» отказался давать ему лекарства когда у него болел нерв в зубе, врач его даже не принял, а просто принёс ему 2 таблетки анальгина, которые не помогли. Борис сообщил, что в знак протеста против неоказания ему медицинской помощи он после Нового года будет демонстративно отказываться от любых медицинских осмотров, которые администрация колонии обязана периодически проводить. Вот как сам Борис описывает ситуацию:

«28 августа этого года, как только я приехал из этапа, сотрудник медсанчасти ИК-10 изъял у меня все лекарства и тем самым лишил меня всякой реальной медицинской помощи, то я, после новогодних праздников, на весь период своего срока, до 19 ноября 2019 года отказываюсь от прохождения любых плановых осмотров в санчасти ИК-10. Включая флюорографию, которая каждые полгода — обязательна. Им плевать, что мне нужны лекарства, а мне плевать, что им нужен осмотр. Это паскудство и полный позор. Я не могу таблетку от головы и от зубной боли вовремя получить. А им санчасть нужна для осмотров. Так вот. Я не буду ходить на осмотры».

Борису Стомахину дали два акта, в соответствии с которыми изъяты 2 его письма. Они не прошли цензуру. Одно изъято из-за того, что в нем, по мнению администрации колонии, содержатся выражения, затрагивающие честь и достоинство президента России. Второе письмо не дошло из-за того, что Стомахин в нем попросил связаться с журналистом Муждабаевым и написать об его деле.

***************

ФСИН- ГУЛАГ-овские путинские палачи о Стомахине27498602(полный текст ответа)

Федеральная служба

исполнения наказаний
главное управление
по Пермскому краю
(ГУФСИН России по Пермскому краю)

17.11.2014 год # 60/ТО/2-2170/14-1

М.Ефимову

По существу Вашего обращения в интересах осужденного Стомахина Бориса Владимировича, отбывающего наказание в учреждении ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Пермскому краю по вопросам «применения мер взыскания, постановки на профилактический учет, получения литературы», проведена всесторонняя проверка, в ходе которой установлено:

1. Осужденный Стомахин Б.В. за время отбывания наказания неоднократно нарушал режим содержания и установленный порядок отбывания наказания за что 38 раз привлекался к дисциплинарной ответственности, из них, за период содержания под стражей в ФКУ СИЗО-4 УФСИН России по г. Москва в период с 22.11.2012 по 29.05.2014 допустил 35 нарушений режима содержания, в связи с чем 35 раз привлекался к дисциплинарной ответственности в виде выговоров и в ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Пермскому краю в период с 22.08.2014 по настоящее время допустил 3 нарушения установленного порядка отбывания наказания, за что 3 раза привлекался к дисциплинарной ответственности в виде водворения в ШИЗО: 08.09.2014 (за невежливое обращение с персоналом исправительного учреждения, чем нарушил требования п.14, 15 главы 3 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом МЮ РФ от 03.11.2005 №205); 30.09.2014, 22.10.2014 (за отказ от работ по благоустройству исправительного учреждения, чем нарушил требования п.14 главы 3 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных Приказом МЮ РФ от 03.11.2005 №205). В связи с чем в соответствии со статьями 116, 122 УИК РФ, 22.10.2014 признан злостным нарушителем установленного порядка отбывания нказания, переведен в строгие условия отбывания наказания. Наложенные взыскания осужденный не обжаловал, Пермской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в ИУ не отменялись.

При наложении взысканий на осужденного Стомахина Б.В. администрация ФКУ ИК-10 нарушений действующего уголовно-исполнительного законодательства не допустила, о чем свидетельствуют проведенная проверка и материалы проверки.

2. В ходе проведенного психодиагностического обследования, проведенного 25.10.2013 года в учреждении ФКУ СИЗО-4 УФСИН по г. Москва, в отношении осужденного Стомахина Б.В., установлено что — «Стомахин склонен к аутоагрессивному поведению, выражает мысли суицидального характера». На основании обследования, в соответствии с протоколом №44 от 31.10.2013 года комиссии по постановке на профилактический учет учреждения ФКУ СИЗО-4 УФСИН по г. Москва, осужденный Стомахин поставлен на профилактический учет, как к склонный к суициду.

3. В связи с тем, что Стомахин Б. В., осужден за преступления террористической и экстремистской направленности (ст. 205.2, ч.1,2, ст.280, ст.282 ч.1 УК РФ), выступает против государственного строя Российской Федерации, 26.09.2014 года поставлен на профилактический учет, как лицо, пропагандирующее, исповедующее, либо распространяющее экстремистскую идеологию.

4. В ходе проведения ознакомительной беседы с сотрудниками оперативного отдела учреждения ФКУ ИК-10 ГУФСИН России по Пермскому краю, осужденный Стомахин Б.В., высказал, что — «не признает государство РФ, уголовно-исполнительную систему, при возможности совершил бы побег из мест лишения свободы». На основании указанных высказываний поставлен на профилактический учет, как лицо склонное к побегу 01.09.2014 года.

5. Согласно карточки свиданий, приема, выдачи, посылок и передач, а также журнала учета выдачи бандеролей, передач, посылок осужденный Стомахин Б.В., в период отбывания наказания в учреждении ФКУ ИК-10, получил — 1 передачу от матери Стомахино Р.Л., весом 16 кг. 500 грамм 26.09.2014 года, 1 бандероль весом 2 кг. 533 грамма 16.10.2014 года. Какой либо литературы (книг) в передаче, бандероли не было.

6. Осужденный Стомахин имеет вторую судимость, поддерживает отношения с осужденными отрицательной направленности (рецидивистами, поддерживающие воровские традиции).

7. Осужденный Стомахин неоднократно проходил медицинское обследование. Согласно медицинского заключения, подписано заявление на пользование тростью, специальной обувью. Может выполнять работу, не связанную с тяжелым физическим трудом и нагрузкой, без длительной ходьбы и переноски больших тяжестей. То есть, выполнять работы по благоустройству исправительных учреждений, согласно требований ст. 106 УИК РФ может, но от которых отказывается.

8. К медицинской карте осужденного Стомахина приобщена расписка, в которой Стомахин поставил подпись при получении личных медикаментов. Лечение данными препаратами назначается только после обращения Стомахина Б.В. на прием, предъявлении им жалоб на здоровье и прохождение медицинского осмотра. Наименование препарата, дозировка, кратность приема зависит от выставленного диагноза.

9. При посещении учреждения и беседы с осужденным Стомахиным Б.В., членами Общественно-наблюдательной комиссии Пермского края, так же не было выявлено каких либо допускаемых нарушений законности и предвзятого отношения со стороны администрации учреждения.

Помощник начальника
по соблюдению прав человека
подполковник внутренней службы
В.В. Гурдин

 

 

 

Читать далее БОРИС СТОМАХИН В ПУТИНСКОМ ГУЛАГЕ: ХРОНИКА ТЕКУЩИХ СОБЫТИЙ (ноябрь 2015 -январь 2016 г.г.)

Борис Стомахин в путинском ГУЛАГе: Хроника текущих событий

12049176_752491921544772_5555527209609625025_n

Лубянское палачьё вновь этапировало российского  узника совести Бориса Стомахина  из московской тюрьмы СИЗО-5 «Водники» в российский концлагерь ИК-10 в Пермском крае, где он находился до середины декабря 2014 года по сфабрикованному российской политической охранкой делу за выражение своих убеждений и подвергался в этом концлагере пыточным условиям содержания. По прибытию в пермский концлагерь, у политзаключенного были изьяты все лекарства, предметы гигиены, теплые вещи и он был брошен во внутреннюю тюрьму концлагеря- ОСУОН (отряд строгих условий отбывания наказания) Таким образом, палачи российского ФСИН-ГУЛАГ исполняют заказ ФСБ на физическое уничтожение политзаключенного. В середине сентября 2015 года, Бориса Стомахина навестили правозащитники Вера Лаврешина и Феликс Шведковский. В полноценном свидании с политзаключенным, российские ФСИН-ГУЛАГовские палачи правозащитникам отказали.

Вера Лаврешина опубликовала свои заметки от этой поездки.

********

Пришла осень — пора, как и год назад, навещать Бориса Стомахина, осужденного по совокупности приговоров к семи годам строгого режима по части 1 ст. 205.2 УК РФ (публичное оправдание терроризма). Напоминаю, что во время публикации в ЖЖ статьи «Или пару вокзалов взорвать здесь железнодорожных», вменяемой публицисту в вину, Стомахин находился в московском СИЗО «Медведь», не имея доступа к интернету.

Борис Стомахин, как водится, становится костью в горле у любого начальства, куда бы его судьба ни забрасывала, в СИЗО или в лагерь. Он вечный отказник, неподписант, штрафник. Его обвиняют одновременно в склонностях и к побегу, и к суициду, и к экстремизму, ставят на «профучет», то есть помещают под особый надзор, когда надо ходить отмечаться днем и когда к тебе являются с проверкой даже ночью.

Год прошел, а ситуация все та же. Сразу по прибытии в колонию Борис был помещен в ОСУОН (отряд строгих условий отбывания наказания). Это за то, что еще с Москвы остался за ним «должок». То есть наказывают его не только за отказы подежурить в бараке либо почистить от снега дорожки на благо родины, встающей в лагере с колен каждое утро под звуки сталинского гимна. За отстегнутую, например, летом в СИЗО пуговицу — поскольку выданная государством роба была ему просто мала.

И по прибытии в пермский лагерь строгого режима его сразу определили в ОСУОН, не объясняя, за что именно. А все, оказывается, потому, что когда-то, в московском изоляторе, он был «не по форме одет»! За пуговицу!

В ОСУОНе человек 70 в одном помещении, вещи положить просто некуда. Тумбочки Борису не досталось. Кончились в колонии все тумбочки. По доброте душевной один зэк предоставил ему половину своей. Кое-что туда уместилось, но для еды, например, там места уже нет.

Поэтому Борис даже не пытается остатки личной провизии затребовать из каптерки. «Я привык уже жить на сечке да баланде, мне как-то все равно даже стало, голода не чувствую», — рассказывает он нам с Феликсом Шведовским в телефонную трубку во время краткосрочного (четыре часа) свидания через стекло.

Незадолго до свидания происходила натуральная «баня» в колонии. То есть вызов зэков на дисциплинарную комиссию — с последствиями в виде изолятора для наиболее «злонамеренных». Еще эту процедуру называют «крещением». Борису особенно повезло — боевое «крещение» в понедельник начали с него… Он был уверен, что его обязательно упрячут в ШИЗО и что свидание ему в ближайшее время будет запрещено. Но он ошибся. Лагерные власти проявили нетипичный либерализм: Борису и еще десятку заключенных объявили всего лишь выговор в тот замечательный понедельник.

82427

Между тем знакомство с местным руководством (начальника лагеря сменили, пока Стомахин был в СИЗО «Водник») прошло не слишком гладко. Стомахину снова выдали робу не по размеру, и он был вынужден снова ходить с отстегнутой пуговицей. Начальник колонии полковник Асламов поднял страшный шум и гам, когда такое вольнодумство заметил, но, поняв, в чем причина, Борису предъявлять претензий не стал, а лишь мобилизовал заключенных сшить ему одежку попросторнее. «За робу я тебя наказывать не буду, — сообщил он Стомахину. — А вот за то, что ты мне во время нашей беседы нагрубил, — посажу».

В чем же заключалась эта грубость? Да ни в чем. Грубости и не было, просто отсутствие пресмыкательства и заискивания перед руководством лагеря считается нестерпимым, вызывающим хамством. А Борис всегда ставит барьер между собой и вертухаями любого ранга, слишком горд (в их интерпретации — груб), а это как-то не по статусу заключенному, который сродни лагерной пыли в глазах мусоров, вот он и платит за это последними крупицами свободы, какие у него еще есть.

— Не верю, — сказала я начальнику лагеря, — что Борис хамил вам, это не в его стиле. Он просто привык держаться отчужденно с теми, в ком он видит идеологических врагов. А вас он, естественно, считает представителем бандитского режима, который необходимо срочно демонтировать. Так что никакой грубости не было.

Не уверена, что полковник меня правильно понял…

Еще мы узнали у г-на Асламова, что привезенные нами книжки пацифистского и духовного толка изучит сначала «воспитатель» на предмет содержания экстремизма или еще чего-то вредного, а потом уж он лично решит, давать их впечатлительному грубияну Стомахину или нет.

Убийственная цензура здесь встречается на каждом шагу: как в одежде (кнопки-клепки нельзя, только пуговицы!), так и в еде, и в книгах, и в письмах. Тот ограниченный набор продуктов, который дозволяется к передаче, превращается заранее в пункте приема в «пищевой комок»: чипсы, сухарики и лапша оказываются ссыпаны и перемешаны в общем пакете, конфеты «Маска» раздеты и слеплены между собой в месиво, сырокопченую колбасу в вакуумной упаковке зачем-то протыкают ножом. Требуется немало хладнокровия, чтобы наблюдать такое, не вступая в бессмысленный спор.

82428

Претензии к руководству мы приберегли ко дню отъезда, когда ходили на прием к начальнику этого «исправительного» заведения. Феликс Шведовский — буддийский монах, он приехал в колонию в соответствующем оранжевом облачении. Мы шли к административному зданию ИК-10 по каменистой и пыльной дороге под звуки священного барабана и долгозвучной молитвы, которыми Феликс освящал и гармонизировал, насколько мог, это печальное пространство. Молитва эта нам обоим придала бодрости для неприятного разговора, в ходе которого нам удалось выбить для узника всего лишь персональную тумбочку. Но, во всяком случае, мы напомнили ответственному лицу, что условия, в которых они содержат Стомахина, с его состоянием здоровья, являются пыточными, особенно когда его помещают в ШИЗО и принуждают там целый день в холоде сидеть с его переломом позвоночника, а постель пристегивают к стене. В Буреполоме, первым сроком, у Бориса был постельный режим, а здесь, напротив, только и ищут повода побыстрей загнать живого человека в гроб.

— Ничего с ним не будет, — сказал нам Асламов, — мы все делаем в рамках закона, можете жаловаться куда хотите.

Мы пообещали, что обратимся во все инстанции, какие знаем. И что опубликуем информацию о происходящем в ИК-10 везде, где только возможно. Регина Леонидовна Стомахина уже написала в прокуратуру и омбудсмену Пермского края, и это только начало. Спокойно жить мы никому здесь не дадим, заявили мы. Будем приезжать сами, будем делегировать адвокатов и правозащитников. Между прочим, предшественник Асламова, по поводу которого мы написали множество запросов и жалоб по инстанциям, не так давно был отправлен на пенсию.

Хотелось бы, конечно, отправить не на пенсию, а на принудлечение галоперидолом, сульфазином, электрошоком и оздоровительной поркой все это безумное заведение полным составом. Вот бы они тогда почувствовали себя всеми фибрами души снова в СССР, по которому так грустят. Но для этого надо, чтобы тошнотворный режим садистов и убийц пополз по швам уже капитально. А этого все нет и нет.

Не знаю, способны ли люди в путинской Эрэфии ускорять тектонические сдвиги. Последнее время мне все чаще кажется, что нет, совершенно не способны, придется ждать, когда наш дурдом, голосующий за Путина, совсем выживет из ума и скончается от идиотизма.

После 18 августа я участвовала в обороне парка Дружбы у метро»Речной вокзал». Местные жители без всяких политических лозунгов около месяца круглосуточно дежурили у незаконно огороженной под коммерческую застройку поляны в парке. Удавалось долго не пускать туда бульдозеры, поставили палатки. Но приехал так называемый КОБР («Казачий отряд быстрого реагирования») и, напав ночью на дежуривших, сильно их избил. После этого на поляну вошла тяжелая техника и тарахтит там до сих пор. Позже, даже когда был многолюдный сход в защиту парка с участием Митрохина и Зюганова, многие готовы были пойти и, пользуясь численным преимуществом и присутствием журналистов с камерами, завалить забор и остановить незаконные работы. Но организаторы дежурств сказали, что «нельзя подставлять людей под дубинки» — это раз, и что, если мы остановим технику, нам не разрешат пикет на Пушкинской и у Мосгордумы. Это два. Ну и все. На этом дежурства с обороной парка закончились, и «борьба» переместилась куда-то в Думу, в префектуру. Там происходит теперь культурный обмен бумажками, обещаниями, тянутся какие-то заседания и обсуждения, а парк тем временем уничтожается.

Люди, категорически неспособные к прямому и конкретному действию в результате самоорганизации, не желающие рискнуть (хотя бы немного) здоровьем и свободой, дабы настоять на своем, не достигнут никогда своих целей. Всегда кто-то, какой-нибудь «лидер», будет решать за них, как им жить и что им делать. Будет приходить и «организовывать» их бессмысленные пикеты у Мос- и Госдуры. И отговаривать «провоцировать» охранников в парке, останавливая бульдозер. Лишь бы ничего не делать по-настоящему и до конца — только символически и чуть-чуть. Ведь мы же хорошие, позитивные люди, не хулиганы какие-нибудь, чтобы конфликтовать с властями: мы уж лучше запустим шарики и крикнем хором, что «парк наш»!

Не случайно Стомахин считает, что здесь у нас некого и нечего спасать. Что спасать надо не ее (Россию), а от нее. Весь остальной мир. Еще живую цивилизацию. Сам Борис при этом производит впечатление совершенно непотопляемое, оптимистическое. При том что следующее свидание — в лучшем случае через полгода.

Борис надеется, что оставшиеся еще в РФ мыслящие люди, несмотря на разногласия, все же объединятся ради обрушения режима. Можно и нужно делать общую газету, раздавать листовки, писать краской ночью на домах программные слоганы.

Защита политзаключенных и поддержка военнопленных в этой тревожной и позорной обстановке — главное занятие, которое у нас есть.

Свободу политзаключенным.
Слава Україні. Героям слава.
Смерть фашистской империи Путина.

Впереди этап, отнятые лекарства, неизвестность ….

этап

Исполняя инструкции российской политической охранки, путинское палачье из российского тюремного ведомства ФСИН, в том числе в белых халатах, продолжает медленно убивать политзаключенного Бориса Стомахина в тюремных застенках.

После вынесенного 20 апреля 2015 г. «московским окружным военным судом» «приговора» по сфабрикованному ФСБ очередному делу против Стомахина, общий срок нахождения политзэка в российских концлагерях увеличился до семи лет. До отправки в концлагерь, в ожидании этапирования, Борис в настоящее время находится в российской московской тюрьме «Водники» (СИЗО-5) По сообщению интернет-ресурса Грани.ру, политзаключенному страдающему рядом серьезных заболеваний, тюремная «медсанчасть» не выдала разрешения на хранение необходимых, переданных с воли лекарств. Это означает, что по прибытию этапом в концлагерь, эти лекарства у политузника будут изьяты и он останется без необходимой медицинской помощи.

Одним из способов медленного и безнаказанного убийства в тюремных застенках, для путинских палачей является именно отказ в предоставлении медицинской помощи для больных людей, преднамеренного её неоказания в определённое время и лишения человека необходимых лекарственных препаратов, что, в условиях пыточного и антисанитарного содержания, помноженного на тотальную коррупцию и воровство в системе российского ГУЛАГ-ФСИН, является основным фактором высокой смертности в среде российских заключенных.

Так же следует иметь в виду, что кроме желания показательной расправы со своим бесстрашным политическим критиком и оппонентом, коим является Стомахин, у лубянского палачья есть и меркантильный интерес в смерти политзаключенного. Являясь единственным наследником у престарелой матери- инвалида, которая глубоко переживает разлуку с сыном и испытывает постоянные нервные стрессы от его тюремного заключения, Борис остается единственным владельцем их общей московской квартиры и в случае внезапной смерти матери, Стомахин может быть убит путинской ФСБ-шной мафией в российском концлагере с целью завладения недвижимым имуществом.

В своих письмах из московской тюрьмы «Водники» Борис Стомахин выражает опасения, что он может исчезнуть во время своего этапирования в российский концлагерь и связь с ним может быть потеряна. Во время своего последнего нахождения в российском концлагере ИК-10 в системе УФСИН Пермского края, политзаключенный находился в изощрённых пыточных условиях содержания, постоянно подвергаясь так называемым «дисциплинарным взысканиям», которые основываются исключительно на внутренних тюремных инструкциях, унаследованных от советского тоталитарного прошлого, наиболее культивируемого в российской тюремной системе и применяемых российскими тюремными вертухаями, в целях прежде всего психологического подавления человеческой личности и окончательной её гражданской деградации.

В настоящее время Международным Комитетом Защиты Стомахина начато составления люстрационного Списка  российских должностных преступников в разное время причастных к политическим преследованиям публициста. В этот документ пока не включены представители российских, сотрудничающих с режимом имперско-чекистких оккупантов, «правозащитных организаций», среди которых «Мемориал» и другие представители российских спецслужб, которые отказались признать Бориса Стомахина политическим заключённым, предоставив таким образом лубянским палачам полномочия по его дальнейшему тюремному заточению и возможному убийству в концлагерях путинского ГУЛАГа.

Сергей Крюков, независимый публицист. Украина.